В наше время такое отношение подданных к властителям, будь эти властители самодержцы или
избранники народа, держится только по привычке, но уже давно чувствуется, что это отношение несвоевременно.
Но
избранники народа, восходя на вершины доступного, пьянели и, развращаясь видом власти своей, оставались на верхах, забывая о том, кто их возвёл, становясь не радостным облегчением, но тяжким гнётом земли.
Неточные совпадения
О царь!
Спроси меня сто раз, сто раз отвечу,
Что я люблю его. При бледном утре
Открыла я
избраннику души
Любовь свою и кинулась в объятья.
При блеске дня теперь, при всем
народеВ твоих глазах, великий Берендей,
Готова я для жениха и речи
И ласки те сначала повторить.
И это свойство оказалось роковым для русского
народа, потому что святыми бывают лишь немногие
избранники, большинство же обрекается на бесчестность.
Народ в глубине души ждет таких качественных
избранников, которые властно выведут его к более человеческой жизни.
О Сатана, кого назвал ты нам!
Сей дон Жуан любимец есть природы,
Он призван к подвигам и благостным делам,
Пред ним преклонятся
народы,
Он будет славен до конца,
Он стражей огражден небесной неприступно,
К нему ты не прострешь руки своей преступной —
Познай: сей дон Жуан
избранник есть творца!
В обыкновенное время они не видны и часто ничем не выделяются из массы: но наскочит на людей «пупырушек», и
народ выделяет из себя
избранника, и тот творит чудеса, которые делают его лицом мифическим, баснословным, «несмертельным».
В нем нет и признаков русского князя; это не что иное, как византийский владыка или вообще восточный правитель, недоступный для
народа, стоящий от него на недосягаемой высоте, счастливый
избранник судьбы, не имеющий другого дела, кроме пиров и веселья.
И, боже мой милый, как это все хорошо у него расписано, чтобы делать это «таинство» при особой церкви, которую он велит выстроить на особый манер, за высокой стеною, и там казнить при самом умилительном пении, и чтобы тут при казни были только одни самые
избранники, а
народ бы весь стоял на коленях вокруг за стеною и слушал бы пение, а как пение утихнет, так чтобы и шел бы к домам, понимая, что «таинство кончилось».
И в еврейском
народе четыреста пророков пророчествовали вдруг: из них один только бывал
избранник Божий, которого сказанья вносились в святую книгу еврейского
народа; все же прочие, вероятно, наговаривали много лишнего, но тем не менее они слышали неясно и темно то же самое, что
избранники умели сказать здраво и ясно; иначе
народ побил бы их камнями.